Поиск
  • Станислав Раевский

Дар, яд и пустота психотерапии


Часто человек, побывавший у психолога, рассказывает о словах, которые на него сильно повлияли. Иногда эти слова «изменили жизнь», «дали надежду», «раскрыли глаза», то есть стали даром, вызывающим благодарность. А иногда «надежду забрали», «заставили себя ненавидеть или чувствовать вину», «показали его некомпетентность, и я больше не ходил», то есть стали ядом. А иногда его слова «ничего мне не дали», «показались мне банальными», «я и сам всё это понимал, но не знал, что делать», то есть стали чем-то нейтральным, ни вредным, ни полезным, превратились в пустоту. Иногда я полностью согласен с рассказчиком и ужасаюсь некомпетентности и личным проблемам психолога или вместе с ним восхищаюсь профессионализму, тонкости и глубине коллег. Особенно интересно, когда эти истории касаются одного и того же психолога. Помню, как лет 20 назад клиентка пожаловалось на то, что прежний психолог поставил ей диагноз «венец безбрачия». Я разу представил себе какую-то называющую себя психологом бабку без образования и любовью к приворотам и экстрасенсорике. Как же я был потрясен, когда понял, что речь идёт о, пожалуй, самом эффективном профессионале и одном из лучших моих учителей. Но часто я не понимаю прямой связи между словами психолога и одной из этих трёх реакций. Здесь и начинается самое интересное – понять, как слово наше отзывается. В какую зону ближайшего развития попал внешне банальный совет, вызвавший целый каскад развития. В какую травму попала доброжелательная интерпретация, вызвав боль, гнев и защиты, разрушившие психологический контакт. А какие кажущиеся тебе ценными наблюдения остались не интересными и никак не затронувшими пациента. Здесь, как в супервизии, можно направить фокус на пациента, на психолога и пространство между. Начнем разбор с психолога. Часто я даже не помню своей фразы, которую помнит мой пациент, вернувшись через годы с новыми проблемами. Для меня интерпретация – игра в стиле Винникота, когда из множества интерпретаций клиент выбирает свою, подходящую и работающую. Но всегда ли я точно замечаю, на что клиент отреагировал? Что выбрала его душа, в какую игру стала играть? Конечно, нет. Иногда реакция очень заметна: гнев, обида, инсайт - всё это отражается на лице. Иногда может помочь интуиция. Но часто комментарий психолога может догнать позже, и очень часто клиент постарается скрыть свою реакцию из вежливости или по привычке из страха, стыда или вины. Значит, очень важно оставить в конце сессии время на обратную связь, да и во время сессии периодически проверять, как отозвалось слово, как оно было услышано. Главный принцип здесь: чем больше обратной связи мы получим, тем лучше. Во-первых, мы действительно понимаем, что взято, а не находимся в спасительной фантазии, что взято всё, что пытались сказать. Во-вторых, создаём пространство для постоянной взаимной обратной связи, где мы можем отказаться от своих предубеждений, установок и измениться сами. Одновременно здесь важно не провалиться во всемогущество комплекса зависимости, считающего, что ты несёшь полную ответственность за чувства другого человека. Поэтому давайте перейдем к второму фокусу - на пациенте. Пациенту очень важно говорить обо всех своих чувствах, возникающих во время и после сессии. Очень важно обсуждать слова, интонации и поведение своего психолога, прежде всего с ним. Именно анализ переноса считают самым важным фактором изменений многие психоаналитики. Очень важно сделать из встреч с психологом благоприятную среду для лечения травм и развития личности. Даже если Вы никогда и никому такой обратной связи не давали, здесь её нужно давать, и чем раньше, тем лучше. Если что-то не затрагивает, не волнует, и Вам кажется, что время сессии тратится впустую – скажите об этом прямо, и, тем более, если что-то воспринимается как яд, или дар. И в завершении - о пространстве между. Часто психологическая работа застревает в тюрьме общих комплексов. С психологом начинает повторяться знакомый до боли сценарий взаимодействий. Здесь очень трудно различить: я слышу то, что слышат мои комплексы, или мои комплексы заставляют психолога говорить то, что хотят слышать. Разбирая это, можно погрязнуть в деструктивном передвижении вины и ответственности. Чем быстрее обе стороны увидят и признают свой вклад и примут, и простят вклад другой стороны, тем лучше. По сути, без такого разворачивания привычных чувств и повторяемой травмы терапия поверхностна. Но если понять, как комплексы формируют эту динамику, можно впервые выйти из деструктивного сценария. То есть преобразовать яд в дар. Для этого необходимо, как только возникло ощущение конфликта, не пытаться сражаться, а посмотреть внимательно, как он возникают, как комплексы его запускают и поддерживают. Это может происходить только в атмосфере прощения и любви, когда ошибка воспринимается как прогресс, как попытка пробовать что-то новое и действительно включаться в отношения. Ну и важно помнить, что дар - часто результат идеализации, яд в малых дозах может лечить, а безразличная пустота связана с недостатком к ней внимания и любви.

Просмотров: 0